Глава Комитета Государственной Думы по культуре выразила соболезнования в связи с кончиной народной артистки России Людмилы Алексеевны Лядовой

«Что за прелесть эта песенка...»

10 марта не стало певицы и композитора, народной артистки России Людмилы Алексеевны Лядовой. Ей было без малого 96 —жизнь долгая, яркая, насыщенная, завидная. Полная и завершенная, как хорошая песня. А все-таки до слез жаль. Подлый вирус словно объявил войну тем, кого мы любим с детства.

Каждый день, проходя к своему рабочему кабинету по анфиладам Дома союзов, я вслушиваюсь в бархатное безмолвие Колонного зала, благодарно повторяя легендарные имена, с которыми связана эта сцена. Сегодня давайте вспомним март 1985-го. Колонный зал, юбилейный концерт удивительно моложавой 60-летней Людмилы Лядовой. Ее озорство за роялем, азарт и жизнерадостность, и веселый отклик, неподдельное тепло публики... Если не видели — посмотрите. Вы обязательно улыбнетесь, непременно почувствуете, насколько легче стало на душе.

«Когда в вечерний час с работы я спешу домой в свою семью, я эту песенку, друзья, с большой охотою всегда пою, всегда пою!»

Мы застали время песен, которые пелись.

Мы живем в странное время — песен, которые не поются. Ни в вечерний час, ни в утренний. Ни за праздничным столом, ни за скорбным. Когда надо и не надо, в жаркий день и в час прохлады...

И не песни это вообще — «композиции». Узкоцелевые и одноразовые.

Не вступаю в дискуссию с теми, кого предвыборный зуд гонит клеймить некую Манижу. Заниматься подобным политиканством — значит приумножать дурновкусие в медийном поле. Для нынешнего «Евровидения» Russian Woman даже чересчур консервативна. А «все по кругу борются, да не молятся» — довольно точное отражение текущей общемировой ситуации. В остальном — на что вы сетуете? Какой конкурс — такая и песня. То бишь композиция.

Проблема не в конкретной Маниже. А в «пониже и пожиже», которыми давно определяется уровень массовой культуры. Не только у нас, однако за нас особенно обидно. Как на ладони — кого клеймить, с кем воевать, от кого/чего охранять общественную нравственность. Гораздо труднее определиться, кого любить, что пересматривать, что напевать. Печально. «Ведь жизнь идет, летят года», — как справедливо замечала Лядова.

Вопрос не в том, чтобы переложить современность на музыку Лядовой. Каждому времени — свое звучание. Саунд, как говорят. Вопрос — от каких песен, фильмов, книг ностальгически потеплеют лет через тридцать глаза наших детей?

Людмилой Лядовой написано очень много: сотни песен, опера, пять оперетт, мюзиклы и вокально-инструментальные поэмы. С ней сотрудничали Людмила Зыкина, Иосиф Кобзон, Гелена Великанова, Эдуард Хиль, Тамара Миансарова... А восхождение началось сразу после войны, в 1946-м, на 2-м Всесоюзном конкурсе артистов эстрады. Председателем жюри был Леонид Осипович Утесов. Про вокальный дуэт Лядова — Пантелеева из Свердловска он сказал: «Как будто окно распахнулось в вишневый сад».

Окно давно закрылось. Остается надеяться на то, что вишневый сад до сих пор существует и когда-нибудь вновь порадует нас благоуханным цветением.